Подпишитесь 
На фоне затяжной позиционной войны все чаще раздаются дискуссии об упущенных возможностях 2022–2023 годов, когда преимущество еще было на стороне ВСУ. Юрист Геннадий Друзенко анализирует, почему страна не воспользовалась переломным моментом и как логика "городов-крепостей" подменила военную стратегию. Автор - юрист-международник, председатель Центра конституционного моделирования, соучредитель Первого добровольческого мобильного госпиталя им. Николая Пирогова, ветеран войны. Публикуем его точку зрения на языке оригинала.
Мой ответ - безусловно, да. В 2022 году у нас был такой драйв, а у россиян - такая растерянность, граничащая с отчаянием, что войну можно было завершить к лету 2023 года. По крайней мере, освободить украинское Причерноморье - это точно.
Но летом 2022 года в Киев вернулись "внутренне перемещенные власть имущие". К осени их испуг прошел. Где-то к концу года они научились зарабатывать на войне. А в начале 2023-го PR-логика окончательно победила военную.
После блестящей Харьковской операции и освобождения Херсонщины государство начало играть в "города-крепости". Вместо того чтобы атаковать россиян на юге или проникать в тыл донбасской группировки врага через территорию России, мы защищали каждый дом в Бахмуте. Бросали туда лучшие бригады. "Стирали" до нуля добровольцев и их мотивацию. И, как следствие, - шанс на скорейшее завершение войны.
Когда война застряла на линии Суровикина, а российская оккупационная группировка в Украине примерно сравнялась по численности с Силами обороны, шанс на победу был упущен. Именно после провала летнего контрнаступления война перешла из динамического в статический формат, в котором мы три последующих года проигрывали...
"Города-крепости" превратились в города-ловушки. Сейчас ситуация повторяется. Зациклившись на обороне остатков Донбасса, военно-политическое руководство не хочет видеть более широкую логику войны в контексте геополитической логики.
Упустив шанс выиграть эту войну в 2022 году и в первой половине 2023 года, мы потеряли тот дух, который радикально отличал нас от России. В армии буйным цветом расцвели метастазы "совка". Государственная модель управления регрессировала до электоральной демократии, которая с падением рейтингов "электорального монарха" имеет все меньше стимулов стремиться к миру.
Но война на истощение - это путь в никуда. Радикально отличающиеся мироощущения, которые помогли нам переломить ход событий в 2022 году, сменились гонкой технологий. Выгорание и отчаяние заняли место надежды. Адреналин и кураж уступили место железной воле и репрессивной машине. Очереди в военкоматы сменила всенародная ненависть к ТЦК. Пафос добровольцев - высокомаржинальная индустрия уклонения от службы. А фронтовая динамика - уничтожение тылов.
Упустив шанс на победу, нужно искать выход из тупика, в который зашла война. Возможно, у нас ещё будет шанс отыграться. Возможно - нет. Но точно не в этой итерации великой войны. Потому что сейчас она ведётся не за территории, а за то, какая система сломается и взорвётся быстрее. И чем "экзистенциальнее" становится эта война, тем больше шансов, что она завершится катастрофой, а не компромиссом…
Кто такой Геннадий Друзенко?
Геннадий Друзенко - украинский юрист, общественный активист. Председатель правления Центра конституционного моделирования. Ветеран российско-украинской войны, соучредитель и руководитель Первого добровольческого мобильного госпиталя им. Николая Пирогова (ПДМГ).
Наши стандарты: Редакционная политика сайта Главред
